Цель: оценить значимость влияния артериальной гипертензии (АГ) и ишемической болезни сердца (ИБС) на течение и исход новой коронавирусной инфекции у больных разных возрастных групп.

Материалы и методы: В исследование включено 808 больных с COVID‑19, 452 мужчин, 356 женщин, госпитализированных отделение реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ) инфекционного корпуса НИИ СП им. Н.В. Склифосовского в период с 01.10 по 21.12.2020 г. Пациенты подразделены на группы в соответствии с возрастом: молодой (18–45 лет, n=121), средний (46–60 лет, n=268), пожилой (61–75 лет, n=314) и старческий (старше 75 лет, n=105). У всех больных учитывали АГ II и III стадии, ИБС стенокардию, перенесенный и острый инфаркт миокарда (ОИМ), оценивали показатели клинико-лабораторных исследований, электрокардиографии, эхокардиографии, компьютерной томографии (КТ) органов грудной клетки с учетом степени поражения легких. У 110 умерших оценивали тяжесть поражения легких, непосредственную причину смерти.

Результаты. Из общего количества госпитализированных пациенты молодого, среднего, пожилого и старческого возраста составили: 15%,33%,39% и 13%, соответственно. Среди больных до 45 лет 68% оказались без сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ), с АГ II и III стадии 24% и 5%, и единичные больные с хроническими и острыми формами ИБС. В возрасте 45–60 лет количество больных без ССЗ уменьшилось до 41%, с АГ II и III стадии возросло до 33% и 17%, с хроническими и острыми формами ИБС составило 6% и 3%. В возрасте 60–75 лет больные без ССЗ составили только 16%, с АГ II и III стадии 43% и 17%, с хроническими и острыми формами ИБС 17% и 7%, соответственно. Наконец, среди лиц старше 75 лет без сопутствующей патологии оказались только единичные больные, с АГ II и III стадий – 40% и 19%, значительно возросло количество пациентов с острыми и хроническими формами ИБС – 23% и 16%, соответственно. Анализ влияния возрастного фактора на летальность выявил статистически достоверную зависимость: в возрастных группах до 45, 46–60, 61–75 и старше 75 лет показатели составили 3,3%, 9,3%, 15,0% и 32,4%, соответственно. Показатель летальности демонстрировал экспоненциальный рост с увеличением возраста, что может быть связано с равномерным распределением больных с АГ среди всех возрастных групп, а пациентов с ИБС преимущественно среди лиц пожилого и старческого возраста.

Заключение. Возраст является одним из ключевых факторов, определяющих уровень летальности при COVID‑19, однако, детерминирующая его роль носит косвенный характер. Непосредственное влияние на течение и исход коронавирусной инфекции оказывает обширность поражения легких и выраженность сопутствующих АГ и ИБС. С увеличением возраста больных наблюдается не только рост частоты субтотальных поражений легких, но и кумуляция тяжелых стадий и форм АГ и ИБС, осложненных недостаточностью кровообращения. Риск летального исхода, возрастающий экспоненциально с каждым десятилетием жизни, определяется стадией АГ, формой ИБС и степенью выраженности сердечной недостаточности.

Актуальность. В сфере гериатрии фибрилляция предсердий и синдром старческой астении выделяются как две важные медико-социальные трудности. Взаимодействие этих состояний оказывает глубокое негативное влияние на перспективы выздоровления, способствует росту числа осложнений и делает процесс лечения пациентов более комплексным и сложным.

Цель исследования. Сравнительная оценка компонентов астении у пациентов с фибрилляцией предсердий в зависимости от принадлежности к возрастной группе.

Материалы и методы. В наблюдательное исследование включено 267 пациентов с ФП, разделенных на две группы: группа 1 (n=120, возраст ≥75 лет) и группа 2 (n=147, возраст 60–74 года). Всем пациентам проведена комплексная гериатрическая оценка с использованием валидизированных опросников и инструментов: опросник «Возраст не помеха» (оценка отношения к старению), MoCA-тест (оценка когнитивных функций), Гериатрическая шкала депрессии (GDS‑15), индекс Бартела (оценка повседневной активности), Индекс тяжести инсомнии (ISI) и кистевая динамометрия (оценка мышечной силы). Статистический анализ проводился с использованием программы StatTech v. 4.11.1 (разработчик – ООО «Статтех», Россия).

Результаты. Пациенты группы 1 (≥75 лет) по сравнению с группой 2 (60–74 года) продемонстрировали более негативное восприятие старения (6,0 [6,0–7,0] баллов против 5,0 [5,0–6,0]), выраженные когнитивные нарушения (MoCA: 19,0 [18,0–21,0] баллов против 23,0 [21,0–25,0]), признаки клинической депрессии (GDS‑15: 9,0 [7,0–9,0] баллов против 6,0 [5,0–7,5]), значительное ограничение повседневной активности (Бартел: 75,0 [60,0–90,0] баллов против 95,0 [95,0–100,0]), тяжелую инсомнию (ISI: 21,0 [16,0–22,0] баллов против 8,0 [8,0–15,0]) и снижение мышечной силы (24,0 [20,0–31,0] кг против 30,0 [27,0–39,5] кг).

Заключение. В отличие от пожилых пациентов, у больных фибрилляцией предсердий в старческом возрасте (≥75 лет) наблюдается тяжелая полиморфная астения, затрагивающая психику, мышление, эмоции, повседневные функции и физическое состояние.

Современные международные рекомендации по сердечно-легочной реанимации (СЛР) все более акцентируют внимание на индивидуализированном, физиологически ориентированном подходе к ведению пациентов после остановки сердца. В обновленных протоколах расширенной поддержки жизни у детей Европейского совета по реанимации (ERC PALS, 2025) подтверждена ключевая роль качественной СЛР как основы успешного исхода. Подчеркивается необходимость поддержания оптимальной частоты и глубины компрессий грудной клетки, минимизации перерывов между ними и предотвращения гипервентиляции. При этом внимание смещается на достижение целевых физиологических параметров – прежде всего диастолического давления (≥25 мм рт. ст. у младенцев и ≥30 мм рт. ст. у детей старше года) и концентрации углекислого газа в конце выдоха (ETCO2) как маркеров эффективности СЛР. Ряд нововведений касается сроков и последовательности введения адреналина, приоритетности быстрой дефибрилляции при шоковых ритмах, а также ведения постреанимационного периода, где основным направлением стало активное предотвращение гипертермии (поддержание температуры ≤37,5 °C) и поддержание артериального давления выше 10-го перцентиля для возраста. Новые данные подчеркивают необходимость многофакторного неврологического прогнозирования, исключающего зависимость от одного изолированного теста. Таким образом, новые руководства Американской ассоциации сердца и Американской академии педиатрии (AHA/AAP) направлены на повышение эффективности СЛР, персонализацию постреанимационного ухода и улучшение долгосрочных неврологических исходов у педиатрических пациентов.

В 2025 году Европейский совет по реанимации (ERC) представил обновленные рекомендации по расширенной сердечно – легочной реанимации взрослых (ALS), ознаменовавшие смену парадигмы от алгоритмов к концепции, которая опирается на динамическое измерение параметров жизнедеятельности как маркеров эффективности проводимых реанимационных мероприятий. Параллельно были обновлены и рекомендации американских профессиональных ассоциаций (AHA/ACC), что позволяет провести сравнительный анализ ключевых направлений в мировой реаниматологии. Ключевые европейские изменения включают переход на стратегию поддержания целевых физиологических показателей (EtCO2, артериальное давление) во время сердечно – легочной реанимации (СЛР), уточнение сроков введения адреналина при шоковых ритмах, рекомендацию использовать максимальную доступную энергию для дефибрилляции, а также смещение в постреанимационной фазе от целевого управления гипотермией (TTM 32-34°C) к активному предупреждению лихорадки (≤37.5°C) [3]. Американские рекомендации, в свою очередь, делают значительный акцент на качестве СЛР, минимизации перерывов, более точном определении моментов для прекращения реанимации и отказе от устаревших методик [2]. Данный обзор детально представляет эти новации в сравнительном ключе, интегрируя их в структурированный клинический контекст для практикующих специалистов.

Актуальность. В настоящее время средства непрерывного мониторинга гликемии (НМГ) широко используются в практике ведения пациентов с сахарным диабетом (СД) на амбулаторном этапе, однако для наблюдения пациентов в условиях стационара их использование не предусмотрено. Вопрос перспективности использования данных, полученных с устройств НМГ на этапе стационарной помощи на сегодняшний день открыт и требует дополнительных исследований. Отдельного внимания требует изучение вопроса эффективности влияния НМГ на проявления сердечно-сосудистой коморбидности у пациентов с сахарным диабетом, которая является не менее частой причиной для госпитализации, чем сам диабет.

Цель. Провести сравнительный анализ показателей гликемии, полученных методом флэш-мониторинга и стандартного определения гликемического профиля с использованием глюкометра у пациентов с сахарным диабетом и высоким уровнем сердечно-сосудистой коморбидности на этапе стационарного лечения.

Материалы и методы. В проспективное исследование были включены 60 пациентов с СД, не достигших целевых показателей гликемического контроля с обострением сердечно-сосудистых коморбидных заболеваний. Пациентам группы наблюдения была установлена система флэш-мониторинга глюкозы (ФМГ), пациентам группы сравнения проводилось 4–5 кратное исследование гликемии (гликемический профиль с использованием лабораторного анализатора). Обследование включало определение гликемии, время нахождения в целевом диапазоне гликемии (ВЦД), выше (ВВД) и ниже (ВНД) целевого диапазона, вариабельность гликемии (ВГ). Уровень коморбидности оценивался по шкале CIRS. У всех пациентов был выставлен высокий сердечно-сосудистый риск.

Результаты. У пациентов группы наблюдения достижение целевых показателей гликемии отмечено на 3-й день (в группе сравнения – 6-й день, р<0,01), ВГ – 39,1±1,9% (в группе сравнения – 47,6±3,2%, р<0,01), длительность пребывания в стационаре сократилась на 42,85% и составила 4 дня (7 дней в группе сравнения, р<0,01). В условиях стационара сроки достижения целевых значений гликемии не зависели от уровня коморбидности пациентов. У пациентов с установленным ФМГ за период проспективного наблюдения повторных госпитализаций, обусловленных недостижением целевых показателей гликемического контроля отмечено не было, ВГ сохранялась в пределах 11,6±2,2% (в пределах целевых значений более 50% времени у 87% пациентов).

Заключение. Технология флэш-мониторинга гликемии на этапе стационарного лечения оказалась сопоставимой по точности с данными лабораторного анализатора и позволила значительно улучшить отдаленный прогноз.

Актуальность. У пациентов с сахарным диабетом 2 типа (СД2) ишемическая болезнь сердца (ИБС) нередко протекает с атипичными или неангинозными клиническими проявлениями, что существенно затрудняет клиническую стратификацию риска. Современные клинические рекомендации предлагают различные подходы к оценке предтестовой вероятности (ПТВ) ИБС, однако их сравнительная диагностическая и прогностическая значимость у пациентов с СД2 остается недостаточно изученной.

Цель. Сопоставить результаты оценки ПТВ ИБС по шкалам РКО 2024 и ESC 2024 у пациентов с СД2 и вероятной ИБС и определить их клиническую и прогностическую значимость.

Материалы и методы. В исследование включен 101 пациент с СД2 и подозрением на ИБС. Всем пациентам выполнялась оценка ПТВ по шкалам РКО 2024 и ESC2024. Проанализированы клиническая симптоматика, факторы сердечно‑сосудистого риска, частота выполнения коронарной ангиографии (КАГ) и чрескожных коронарных вмешательств (ЧКВ). Прогностическая значимость шкал оценивалась с использованием регрессионного анализа Кокса, ROC‑анализа и построения кривых Каплана–Майера.

Результаты. В клинической картине преобладали неангинозные и атипичные проявления; типичная стенокардия отмечалась у 17,8% пациентов. Большинство пациентов имели ≥3 факторов сердечно‑сосудистого риска. Значения ПТВ ИБС статистически значимо различались между шкалами РКО 2024 и ESC 2024 (p=0,001): применение шкалы ESC 2024 приводило к снижению оценочной ПТВ и перераспределению пациентов в сторону более низких категорий риска. В течение периода наблюдения (медиана 519 [357–701] дней) КАГ была выполнена 50 пациентам, ЧКВ – 30 пациентам. ПТВ, рассчитанная по шкале РКО 2024, являлась значимым предиктором реваскуляризации (HR1,042; 95% ДИ 1,004–1,081; p=0,028). По данным ROC‑анализа шкала РКО 2024 продемонстрировала ограниченную дискриминационную способность (AUC0,62; 95% ДИ 0,47–0,78) при оптимальном пороговом значении ПТВ 14%. У пациентов с ПТВ <14% отмечалась статистически значимо более высокая выживаемость без реваскуляризации (p<0,001).

Выводы. У пациентов с СД2 и вероятной ИБС применение шкалы ESC2024 приводит к снижению оценочной предтестовой вероятности ИБС по сравнению со шкалой РКО 2024. ПТВ, рассчитанная по шкале РКО 2024, является более значимым предиктором реваскуляризации.

Работа посвящена современным технологиям неинвазивной вентиляции легких (НИВЛ) и методам респираторной реабилитации у пациентов с острой дыхательной недостаточностью (ОДН) различного генеза. Систематизированы данные отечественных и зарубежных исследований за последние 10 лет, включающие основные механизмы патогенеза ОДН, возможности и ограничения НИВЛ и сравнительный анализ используемых интерфейсов. Отдельно рассмотрены вопросы дисфункции дыхательной мускулатуры при ОДН, методы ее оценки и возможности восстановления функции внешнего дыхания посредством респираторных тренажеров. В работе обобщены результаты исследований, демонстрирующих потенциал интеграции НИВЛ и респираторных тренажеров в комплексной терапии пациентов с ОДН. Обсуждаются перспективы дальнейшего изучения эффективности и безопасности этих подходов в различных клинических ситуациях.

Артериальная гипотензия и шок не ясного генеза являются частой причиной госпитализации пациентов в отделение реанимации, характеризуются большими фармакоэкономическими затратами и высокой летальностью. Эффективность лечения пациентов с шоком определяется своевременным и правильным выявлением ведущих причин его развития и реализацией персонифицированной терапии. Дифференциальная диагностика шока часто возможна при анализе клинических, лабораторных и не инвазивных инструментальных данных. Эхокардиография сегодня является незаменимым инструментом для ургентной и плановой оценки состояния сердечно- сосудистой системы, которая позволяет быстро получить информацию об анатомии, физиологии и причинах развития сердечно- сосудистой недостаточности. Использование качественных, опирающихся только на 2D-визуализацию методов ультрасонографии существенно расширяет диагностические возможности. Однако для точной диагностики требуется использование более продвинутых, полуколичественных или количественных методов ультрасонографии, которые помогут выявить ведущие механизмы патогенеза шока, что позволит клиницисту реализовать персонализированный принцип лечении данного контингента пациентов.

Масштаб проблемы. Тяжелая внебольничная пневмония остается одной из ведущих причин госпитализации в отделения интенсивной терапии и летальности. У части пациентов течение осложняется сепсисом и острым респираторным дистресс-синдромом; при этом неблагоприятные исходы нередко определяются не только эрадикацией возбудителя и параметрами респираторной поддержки, но и системным воспалением, эндотелиальной дисфункцией и повреждением альвеолярно-капиллярного барьера с повышением сосудистой проницаемости.

Цель. Систематизировать данные о барьер-стабилизирующих стратегиях адъювантной органопротекции при тяжелой внебольничной пневмонии и ВП-ассоциированном ОРДС, а также критически оценить место синтетических аналогов лей-энкефалина (даларгина) в структуре таких вмешательств.

Материалы и методы. Проведен нарративный обзор литературы с систематизированным поиском в базах PubMed/MEDLINE, CochraneLibrary, eLIBRARY.ru, GoogleScholar за 2020–2026 гг. Использовались ключевые слова, отражающие клинический контекст (тяжелая ВП, ОРДС), патогенетические мишени (эндотелиальная дисфункция, гликокаликс, сосудистая проницаемость) и фармакологическое вмешательство (даларгин, аналоги лей-энкефалина). Отбирались клинические рекомендации, РКИ, наблюдательные исследования и обзоры, содержащие данные о барьерном повреждении и адъювантных стратегиях. Проведен качественный тематический синтез. Формальный мета-анализ не выполнялся ввиду гетерогенности данных.

Результаты. Наиболее определенное место среди адъювантов имеют системные глюкокортикоиды, однако эффект зависит от фенотипа, тяжести и выбора конечных точек. Для большинства нестероидных иммуномодуляторов и вмешательств, влияющих на коагуляцию и микроциркуляцию, характерны нейтральные результаты в смешанных популяциях или сигналы преимущественно по вторичным показателям без устойчивого эффекта по «жестким» исходам. Даларгин рассматривается как кандидат барьер-ориентированной органопротекции на основании экспериментальных данных и ограниченных клинических сигналов, требующих подтверждения в профильных инфекционных фенотипах.

Заключение. Барьер-стабилизация представляет перспективную нишу адъювантной терапии при тяжелой внебольничной пневмонии и остром респираторном дистресс-синдроме.

Актуальность. Ультразвуковое исследование (УЗИ) является методом первой линии в топической диагностике первичного гиперпаратиреоза (ПГПТ), однако его диагностические возможности при многообразии эхоструктуры и вариантов расположения околощитовидных желез (ОЩЖ) изучены недостаточно. Оптимизация диагностического алгоритма требует дальнейшей разработки и оценки.

Цель исследования. Определить диагностическое и прогностическое значение УЗИ при первичном гиперпаратиреозе с учетом многообразия эхоструктуры и расположения измененных ОЩЖ.

Материалы и методы. Проведено проспективное когортное исследование 294 пациентов с лабораторно подтвержденным ПГПТ. Всем пациентам перед операцией выполнено УЗИ органов шеи и верхнего средостения на аппаратах экспертного класса. При отсутствии визуализации ОЩЖ применялась однофотонная эмиссионная компьютерная томография (ОФЭКТ). Диагноз подтвержден результатами патоморфологического исследования операционного препарата.

Результаты. Измененные ОЩЖ визуализированы при УЗИ у 278 пациентов (94,6 %). Чувствительность метода составила 94,72 %, точность – 93,20%, положительная предсказательная ценность – 98,29%, специфичность – 16,67% (обусловлена исследованием когорты с уже установленным диагнозом). Площадь под ROC-кривой (AUC) – 0,760. По данным комплексного обследования выявлены 303 измененные ОЩЖ (у 285 пациентов – солитарные, у 9 – двойные). Ложноотрицательные результаты связаны с эктопией (ретротрахеальной, ретроэзофагеальной, медиастинальной, интратиреоидной) и малыми размерами аденом. Ложноположительные заключения обусловлены ошибочной трактовкой узлов щитовидной железы или лимфатических узлов на фоне сопутствующей узловой патологии (66,7% пациентов).

Выводы. УЗИ обладает высокой чувствительностью и положительной предсказательной ценностью, что подтверждает его целесообразность в качестве метода первого этапа топической диагностики ПГПТ. Детальный анализ ультразвуковых признаков (форма, контур, эхогенность, характер кровотока, наличие кальцинатов и жидкостного компонента) не выявил статистически значимой связи с морфологическим субстратом или клиническими вариантами заболевания. При отсутствии визуализации ОЩЖ или подозрении на эктопию требуется дополнение исследования ОФЭКТ.