Оценка экспрессии рецепторов соматостатина у пациентов с нейроэндокринными неоплазиями легкого и тимуса. Первые результаты одноцентрового исследования

Актуальность. Нейроэндокринные неоплазии (НЭН) легкого и тимуса подразделяются на группу высокодифференцированных нейроэндокринных опухолей (НЭО), включающую типичный и атипичный карциноиды (ТК и АК), и группу низкодифференцированных нейроэндокринных раков (НЭР), в которую входит крупноклеточный нейроэндокринный рак (КНЭР) и мелкоклеточный рак (МРЛ). В классификации ВОЗ НЭН внутригрудной локализации 2022 года АК разделен на 2 подгруппы: АК с низким митотическим индексом (МИ) (АК G2) и АК с повышенным МИ (АК G3). Российские эксперты выделяют высокодифференцированные НЭО легкого и тимуса, включающие ТК (аналог НЭО ЖКТ G1), АК с Ki‑6730% (АК G3) (по аналогии с НЭО ЖКТ G2 и G3), и НЭР (КНЭР и МРЛ). Данные об экспрессии рецепторов соматостатина (РСС) 2 и 5 типов при НЭН внутригрудной локализации ограничены.
Цель. Сравнить экспрессию РСС 2А и 5 типов методом ИГХ и ПЭТ/КТ с 68Ga-DOTATATE.
Материалы и методы. В исследование включены 173 пациента с НЭН внутригрудной локализации. Статус РСС определен в 133 случаях (76,9%): методом ИГХ в 65,4% (n=87), методом 68Ga-DOTATATE в 62,4% (n=83).
Результаты. В подгруппе ТК ИГХ+ статус РСС определялся в 66,7%, АК G2 в 46,5%, АК G3 в 70%, КНЭР в 38,5%. Наиболее часто выявлялась экспрессия РСС 2А типа. Методом 68Ga-DOTATATE в подгруппе ТК ПЭТ+ статус РСС определялся в 82,4%, АК G2 в 86%, АК G3 в 100%, КНЭР в 100%. Дискордантность между ИГХ и ПЭТ/КТ составила 41,7% (p=0,074). Общая выживаемость снижалась с увеличением Ki‑67 (p<0,001).
Выводы. ПЭТ/КТ с 68Ga-DOTATATE обладает более высокой чувствительностью для выявления экспрессии РСС, однако использование ИГХ позволяет определить дополнительно единичные ИГХ+ случаи.

1. Righi L, Gatti G, Volante M, Papotti M. Lung neuroendocrine tumors: pathological characteristics. J Thorac Dis. 2017; 9 (Suppl 15): S1442-S1447. https://doi.org/10.21037/jtd.2017.01.59

2. Sen T, Dotsu Y, Corbett V, et al. Pulmonary neuroendocrine neoplasms: the molecular landscape, therapeutic challenges, and diagnosis and management strategies. Lancet Oncol. 2025; 26 (1): e13-e33. https://doi.org/10.1016/S1470–2045 (24) 00374-7

3. Kiesewetter B, Mazal P, Kretschmer-Chott E, et al. Pulmonary neuroendocrine tumours and somatostatin receptor status: an assessment of unlicensed use of somatostatin analogues in the clinical practice. ESMO Open. 2022; 7 (3): 100478. https://doi.org/10.1016/j.esmoop.2022.100478

4. Nicholson AG, Tsao MS, Beasley MB, et al. The 2021 WHO Classification of Lung Tumors: Impact of Advances Since 2015. J Thorac Oncol. 2022; 17 (3): 362–387. https://doi.org/10.1016/j.jtho.2021.11.003

5. Rindi G, Mete O, Uccella S, et al. Overview of the 2022 WHO Classification of Neuroendocrine Neoplasms. Endocr Pathol. 2022; 33 (1): 115–154. https://doi.org/10.1007/s12022-022-09708-2

6. Nagtegaal ID, Odze RD, Klimstra D, et al. The 2019 WHO classification of tumours of the digestive system. Histopathology. 2020; 76 (2): 182–188. https://doi.org/10.1111/his.13975

7. Евдокимова Е.В., Артамонова Е.В., Делекторская В.В. и др. Тактика лечения новой подгруппы НЭО Grade 3 в первой линии терапии. Медицинский алфавит. 2021; (37): 20–24. https://doi.org/10.33667/2078-5631-2021-37-20-24

8. Евдокимова Е.В., Артамонова Е.В., Делекторская В.В. и др. НЭО G3 – новая подгруппа, новые подходы. Malignant tumours. 2021; 11 (3s1): 16–18. https://doi.org/10.18027/2224-5057-2021-11-3s1-16-18

9. Sorbye H, Welin S, Langer SW, et al. Predictive and prognostic factors for treatment and survival in 305 patients with advanced gastrointestinal neuroendocrine carcinoma (WHO G3): the NORDIC NEC study. Ann Oncol. 2013; 24 (1): 152–160. https://doi.org/10.1093/annonc/mds276

10. Моисеенко Ф.В., Артамонова Е.В., Горбунова В.А., и др. Практические рекомендации по лекарственному лечению нейроэндокринных неоплазий лёгких и тимуса. Практические рекомендации RUSSCO, часть 1.1. Злокачественные опухоли 2024; 14 (3s2): 130–145. https://doi.org/10.18027/2224-5057-2024-14-3s2–1.1–07

11. Vorobeva M., Delektorskaya V., Evdokimova E, et al. Somatostatin receptor expression and first-line somatostatin analog therapy: a comparative analysis in thoracic neuroendocrine neoplasms. World Conference on Lung Cancer (WCLC). Abstract book. 2025, Abstract P3.12.29: 1164.

12. Righi L, Volante M, Tavaglione V, et al. Somatostatin receptor tissue distribution in lung neuroendocrine tumours: a clinicopathologic and immunohistochemical study of 218 ‘clinically aggressive’ cases. Ann Oncol. 2010; 21 (3): 548–555. https://doi.org/10.1093/annonc/mdp334

13. Гуревич Л. Е., Корсакова Н.А., Воронкова И.А. и др. Иммуногистохимическое определение экспрессии рецепторов к соматостатину 1, 2А, 3 и 5-го типов в нейроэндокринных опухолях различной локализации и степени злокачественности. Альманах клинической медицины. 2016; 44 (4): 378–390. https://doi.org/10.18786/2072-0505-2016-44-4-378-390

14. Tsuta K, Wistuba II, Moran CA. Differential expression of somatostatin receptors 1–5 in neuroendocrine carcinoma of the lung. Pathol Res Pract. 2012; 208 (8): 470–474. https://doi.org/10.1016/j.prp.2012.05.014

15. Al-Toubah T, Montilla-Soler J, El-Haddad G, et al. Somatostatin Receptor Expression in Lung Neuroendocrine Tumors: An Analysis of DOTATATE PET Scans. J Nucl Med. 2023; 64 (12): 1895–1898. https://doi.org/10.2967/jnumed.123.266185

16. Rufini V, Lorusso M, Inzani F, et al. Correlation of somatostatin receptor PET/CT imaging features and immunohistochemistry in neuroendocrine tumors of the lung: a retrospective observational study. Eur J Nucl Med Mol Imaging. 2022; 49 (12): 4182–4193. https://doi.org/10.1007/s00259–022–05848-z