Мельник Екатерина Петровна, врач-аспирант кафедры кожных и венерических болезней им. В. А. Рахманова Института клинической медицины им. Н. В. Склифосовского
Москва
Melnik Ekaterina P., postgraduate-physician at V. A. Rakhmanov Dept of Skin and Venereal Diseases at the N. V. Sklifosovskiy Institute of Clinical Medicine
Moscow
Дороженок Игорь Юрьевич, к. м. н., доцент, доцент кафедры психиатрии, психотерапии и психосоматики Института клинической медицины им. Н. В. Склифосовского
Москва
Dorozhenok Igor Yu., PhD Med Sci, associate professor at Dept of Psychiatry, Psychotherapy and Psychosomatics at the N. V. Sklifosovskiy Institute of Clinical Medicine
Moscow
Ломоносов Константин Михайлович, д. м. н., проф. кафедры кожных и венерических болезней им. В. А. Рахманова Института клинической медицины им. Н. В. Склифосовского
Москва
Lomonosov Konstantin M., Dr Med Sci (habil.), professor at V. A. Rakhmanov Dept of Skin and Venereal Diseases at the N. V. Sklifosovsky Institute of Clinical Medicine
Moscow
Обоснование. Витилиго ассоциировано с высоким психосоциальным бременем и коморбидными тревожно-депрессивными расстройствами адаптации, снижающими приверженность лечению и качество жизни пациентов. Базисная дерматотропная терапия не всегда обеспечивает редукцию нозогенных реакций, что обосновывает необходимость комплексного подхода с включением психофармакотерапии.
Цель исследования. Провести сравнительный анализ эффективности базисной дерматотропной и комбинированной терапии (с включением алимемазина или маритупирдина) у пациентов с несегментарным витилиго и сопутствующими тревожными и тревожно-депрессивными расстройствами адаптации, а также оценить клиническую значимость репигментации на этапе пролонгированного дерматологического лечения.
Материалы и методы. В одноцентровое рандомизированное проспективное исследование были включены 80 пациентов (39 мужчин, 41 женщина; средний возраст 38,2±13,0 года) с несегментарным витилиго (VIDA ≥+1) и клинически значимыми проявлениями тревоги и/или депрессии по госпитальной шкале тревоги и депрессии (HADS-A и/или HADS-D ≥11). Верификация расстройства адаптации (F43.2) проводилась при первичной консультации. Пациенты были рандомизированы на три группы: 1-я – базисная терапия (УФБ-311 нм и наружные средства), 2-я – базисная терапия и алимемазин (10–20 мг/сут), 3-я – базисная терапия и маритупирдин (20–40 мг/сут). Базисное лечение проводилось двумя курсами по 20 сеансов с 30-дневным интервалом; психофармакотерапия – в течение первых 8 недель. Состояние оценивалось исходно, на 8-й и 20-й неделях с использованием шкал HADS, ДИКЖ, VASI и VES.
Результаты. Через 20 недель медианное относительное снижение VASI в 1-й группе составило 32,1 % (27,4–41,7), во 2-й – 36,4 % (28,8–45,0) и в 3-й – 39,6 % (30,2–47,8) (p=0,192). По VES динамика была к 20-й неделе в 1-й группе 36,5 % (21,7–49,4), во 2-й – 44,2 % (27,7–56,1) и в 3-й – 45,1 % (40,9–52,5) (p=0,137). Нормализация тревоги (HADS-A <8) через 20 недель отмечена в первой группе у 13/26 (50,0 %), во второй – 25/27 (92,6 %) и в третьей – 26/27 (96,3 %)
Заключение. Стресс-ассоциированные нозогенные расстройства адаптации с тревожной и тревожно-депрессивной симптоматикой, формирующиеся на фоне дерматоза, клинически отягощают течение несегментарного витилиго и снижают качество жизни пациентов при базисной дерматотропной терапии. Включение алимемазина или маритупирдина в схему комплексного лечения сопровождается существенно более выраженной редукцией тревоги и депрессии по HADS и к росту клинически значимых улучшений по ДИКЖ. По дерматологическим индексам VASI/VES отмечается положительная динамика во всех группах, однако в группах комплексной терапии чаще достигается ранняя и устойчивая клинически значимая репигментация.
Rationale. Vitiligo is associated with a high psychosocial burden and comorbid anxiety and depressive adjustment disorders, which reduce treatment adherence and quality of life in patients. Basic therapy does not always provide reduction of nosogenic reactions, which justifies the need for a comprehensive approach including psychopharmacotherapy.
Objective. To conduct a comparative analysis of the effectiveness of basic and combination therapy (including alimemazine or maritupirdine) in patients with non-segmental vitiligo and concomitant anxiety and anxiety-depressive adjustment disorders, and to evaluate the clinical significance of repigmentation at the stage of prolonged dermatological treatment.
Materials and methods. A single-center, randomized, prospective study included 80 patients (39 men, 41 women; mean age 38.2±13.0 years) with nonsegmental vitiligo (VIDA ≥ +1) and clinically significant manifestations of anxiety and/or depression according to the Hospital Anxiety and Depression Scale (HADS-A and/or HADS-D ≥11). Adjustment disorder (F43.2) was verified during the initial consultation. Patients were randomized into three groups: group 1 – basic therapy (UVB-311 nm and external agents), group 2 – basic therapy and alimemazine (10–20 mg/day), group 3 – basic therapy and maritupirdine (20–40 mg/day). Basic treatment was carried out in two courses of 20 sessions with a 30-day interval; Psychopharmacotherapy – during the first 8 weeks. The condition was assessed at baseline, 8, and 20 weeks using the HADS, DIQI, VASI, and VES scales.
Results. After 20 weeks, the median relative reduction in VASI in group 1 was 32.1 % (27.4–41.7), in group 2–36.4 % (28.8–45.0), and in group 3–39.6 % (30.2–47.8) (p=0.192). According to VES, by week 20, the dynamics were 36.5 % (21.7–49.4) in group 1, 44.2 % (27.7–56.1), and in group 3–45.1 % (40.9–52.5) (p=0.137). Normalization of anxiety (HADS-A <8) after 20 weeks was noted in the first group in 13/26 (50.0 %), in the second – 25/27 (92.6 %) and in the third – 4/26 (15.4 %), 2nd – 17/27 (63.0 %) and 3rd – 20/27 (74.1 %) (p<0.001).
Conclusion. Stress-associated nosogenic adjustment disorders with anxiety and anxiety-depressive symptoms, developing against the background of dermatosis, clinically aggravate the course of non-segmental vitiligo and reduce the quality of life of patients receiving basic therapy. The inclusion of alimemazine or maritupirdine in the combination treatment regimen is associated with a significantly more pronounced reduction in anxiety and depression according to the HADS and an increase in clinically significant improvements in the DIQL. Positive dynamics are noted in all groups for the VASI/ VES dermatological indices, however, early and sustained clinically significant repigmentation is more often achieved in the combination therapy groups.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.