Амиров Рамиз Сафа оглы, врач КЛД, клинико-диагностической лаборатории
Москва
Amirov Ramiz S., clinical diagnostic laboratory physician, Clinical Diagnostic Laboratory
Moscow
Киреев Дмитрий Евгеньевич, к. б. н., заведующий лабораторией диагностики и молекулярной эпидемиологии ВИЧ-инфекции
Москва
Kireev Dmitry E., Dr Bio Sci (habil.), head of the Laboratory for Diagnostics and Molecular Epidemiology of HIV Infection
Moscow
Кириченко Алина Алексеевна, к. м. н., старший научный сотрудник лаборатории диагностики и молекулярной эпидемиологии ВИЧ-инфекции
Москва
Kirichenko Alina A., PhD Med, senior researcher at Laboratory for Diagnostics and Molecular Epidemiology of HIV Infection
Moscow
Бекболотов Айбек Абдылдаевич, заместитель директора
Бишкек
Bekbolotov Aibek A., deputy director
Bishkek
Исканова Баариниса Мусуратиллаевна, врач-лаборант
Бишкек
Iskanova Baarinisa M., laboratory assistant
Bishkek
Чокморова Умуткан Жусуповна, заслуженный врач КР, директор
Бишкек
Chokmorova Umutkan Zh., Honored Doctor of the Kyrgyz Republic, director
Bishkek
Акимкин Василий Геннадьевич, д. м. н., профессор, академик РАН, директор
Москва
Akimkin Vasily G., Dr Med Sci (habil.), professor, RAS academician, director
Moscow
Введение. ВИЧ-инфекция остаётся приоритетной проблемой общественного здравоохранения в Российской Федерации и Кыргызской Республике. По классификации ВОЗ и ЮНЭЙДС обе страны относятся к категории с концентрированным типом эпидемии. За последние два десятилетия произошла трансформация эпидемического процесса от преобладания парентерального пути передачи к доминированию полового механизма.
Цель исследования. Комплексный сравнительный эпидемиологический анализ динамики и структуры заболеваемости ВИЧ-инфекцией в Российской Федерации и Кыргызской Республике за период 2014–2024 годов.
Материалы и методы. Исследование основано на анализе официальной статистики и данных форм медицинского учёта. Применялись методы описательной эпидемиологии: анализ заболеваемости и пораженности, пространственного распределения, возрастной структуры, путей передачи и охвата антиретровирусной терапией.
Результаты. В России заболеваемость снизилась на 38 % (с 58,4 до 36,08 на 100 тыс. населения) при росте пораженности на 68 % (с 494,6 до 831,44). В Кыргызстане заболеваемость возросла на 63 % (с 8,4 до 13,7), пораженность – на 119 % (с 85,6 до 188,1). Гетеросексуальный путь передачи стал доминирующим: в России – 80,9 %, в Кыргызстане – 56,6 %. Заболеваемость концентрируется в трудоспособных возрастных группах. Охват АРТ в России составил 89,8 % среди состоящих на учете, в Кыргызстане – 70,3 % с вирусной супрессией у 90 %.
Выводы. Россия демонстрирует стабилизацию эпидемии, Кыргызстан – продолжающееся расширение. Трансформация путей передачи требует переориентации профилактики на общую популяцию. Необходимо усиление удержания пациентов в системе наблюдения и развитие межгосударственного сотрудничества.
Introduction. HIV infection remains a priority public health problem in the Russian Federation and the Kyrgyz Republic. According to the WHO and UNAIDS classification, both countries are categorized as having a concentrated epidemic type. Over the past two decades, there has been a transformation of the epidemic process from the predominance of parenteral transmission routes to the dominance of sexual transmission mechanisms.
Objective. Comprehensive comparative epidemiological analysis of the dynamics and structure of HIV infection incidence in the Russian Federation and the Kyrgyz Republic for the period 2014–2024.
Materials and methods. The study was based on analysis of official statistics and data from medical surveillance forms. Descriptive epidemiological methods were applied: analysis of morbidity (incidence) and morbidity burden (prevalence), spatial distribution, age structure, transmission routes, and antiretroviral therapy coverage.
Results. In Russia, morbidity decreased by 38 % (from 58.4 to 36.08 per 100,000 population) while morbidity burden increased by 68 % (from 494.6 to 831.44 per 100,000). In Kyrgyzstan, morbidity increased by 63 % (from 8.4 to 13.7 per 100,000) and morbidity burden increased by 119 % (from 85.6 to 188.1 per 100,000). Heterosexual transmission became the dominant route: in Russia – 80.9 %, in Kyrgyzstan – 56.6 %. Morbidity was concentrated in working-age groups. Antiretroviral therapy (ART) coverage in Russia was 89.8 % among registered patients, in Kyrgyzstan – 70.3 % with viral suppression achieved in 90 %.
Conclusions. Russia demonstrates epidemic stabilization, while Kyrgyzstan shows continued expansion. The transformation of transmission routes requires reorientation of prevention strategies toward the general population. There is a need to strengthen patient retention in the surveillance system and develop interstate cooperation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.