Сырысева Анастасия Юрьевна, аспирант кафедры физиологии и патологии факультета фундаментальной медицины; врач‑дерматовенеролог
Москва
Syryseva Anastasia Yu., postgraduate student at Dept of Physiology andPathology of the Faculty of Fundamental Medicine; dermatovenerologist
Moscow
Шатохина Евгения Афанасьевна, д.м.н., профессор кафедры дерматовенерологии и косметологии; ведущий научный сотрудник отдела внутренних болезней
Москва
Shatokhina Evgeniya A., DM Sci (habil.), professor at Dept of Dermatovenereology and Cosmetology2, leading researcher at Dept of Internal Diseases
Moscow
Данилова Наталья Владимировна, д.м.н., старший научный сотрудник отдела клинической патологии, врач‑патологоанатом
Москва
Danilova Natalia V., DM Sci (habil.), senior researcher at Dept of Clinical Pathology, pathologist
Moscow
Полонская Александра Сергеевна, к.м.н., доцент кафедры дерматовенерологии и косметологии
Москва
Polonskaya Alexandra S., PhD Med, associate professor at Dept of Dermatovenereology and Cosmetology
Moscow
Круглова Лариса Сергеевна, д.м.н., профессор, заведующий кафедрой дерматовенерологии и косметологии, проректор по учебной работе
Москва
Kruglova Larisa S., DM Sci (habil.), professor, head of Dept of Dermatovenereology and Cosmetology, vice-rector for Academic Affairs
Moscow
Антонова Татьяна Галяутдиновна, к.м.н. заведующая отделением дневного стационара противоопухолевой и лекарственной терапии
Москва
Antonova Tatyana G., PhD Med, head of Day Hospital Dept of Antitumor and Drug Therapy
Moscow
Соболев Максим Михайлович, врач‑онколог‑химиотерапевт
Москва
Sobolev Maxim M., oncologist-chemotherapist
Moscow
Покатаев Илья Анатольевич, д.м.н. руководитель службы химиотерапевтического лечения4. E‑mail:
Москва
Pokataev Ilya A., DM Sci (habil.), head of the Chemotherapeutic TreatmentService
Moscow
Введение. Злокачественные новообразования остаются одной из ведущих причин смертности в мире, что обусловливает рост числа пациентов, получающих системную противоопухолевую терапию. Внедрение ингибиторов иммунных контрольных точек стало прорывом в онкологии, значительно улучшившим выживаемость при ряде опухолей. Однако их применение связано с развитием иммуноопосредованных нежелательных явлений (иоНЯ), среди которых лидируют иммуноопосредованные дерматологические нежелательные явления (идНЯ).Цель. Изучить клиническую семиотику иммуноопосредованных дерматологических нежелательных явлений противоопухолевой иммунотерапии на базе Онкологического центра № 1 «Городской клинической больницы имени С. С. Юдина Департамента здравоохранения города Москвы».Материал и методы. В проспективное одноцентровое исследование были включены 171 пациент, получавший терапию ингибиторами PD‑1/PD‑L1 (пембролизумаб, ниволумаб, пролголимаб, атезолизумаб, авелумаб) в период 2023–2025 гг. на базе Онкологического центра № 1 ГКБ им. С.С. Юдина, г. Москва. Изучались иммуноопосредованные дерматологические нежелательные явления (идНЯ) препаратов противоопухолевой иммунотерапии у онкологичеких пациентов, определялись их клинические характеристики. Классификация идНЯ проводилась на основании клинической картины и дерматоскопической диагностики. Формирование базы данных осуществлялось в MS Excel 2019, статистический анализ – в программе StatTech v.4.8.11.Результаты. Гендерный и возрастной состав исследуемых онкологических пациентов – 57,3% мужчин, средний возраст – 67,2 года. Наиболее часто встречались злокачественные новообразования кожи и мягких тканей (35,1%) и мочеполовой системы (32,2%). На фоне терапии выявлен широкий спектр иммуноопосредованных дерматологических нежелательных явлений (идНЯ). Чаще всего регистрировались макулопапулёзная сыпь (31%), изолированный зуд (20,5%) и псориазиформные высыпания (17%). Реже наблюдались обострение вульгарного псориаза (12,9%), лихеноидные высыпания (9,9%), витилиго и буллёзный пемфигоид (по 4,1%), узловатая эритема и склеродермоподобная реакция (по 2,3%).Заключение. Исследование показало, что дерматологические иммуноопосредованные нежелательные явления при терапии ингибиторами PD‑1/PD‑L1 варьируют от ранних проявлений, таких как макулопапулёзная сыпь и зуд, до редких, но тяжелых форм, включая буллёзный пемфигоид и склеродермоподобные реакции. Своевременная диагностика и корректная терапия этих состояний необходимы для сохранения качества жизни пациентов и непрерывности противоопухолевого лечения.
Introduction. Malignant neoplasms remain one of the leading causes of mortality worldwide, contributing to the increasing number of patients requiring systemic anticancer therapy. The introduction of immune checkpoint inhibitors (ICIs) has been a breakthrough in oncology, significantly improving survival in several malignancies. However, their use is associated with the development of immune‑related adverse events (irAEs), among which immune‑related dermatologic adverse events (irDAEs) are the most common.Objective. To research the clinical features of immune-related dermatologic adverse events in patients receiving immunotherapy at Moscow State Budgetary Healthcare Institution «Oncological Center No.1 of Moscow City Hospital named after S.S. Yudin, Moscow Healthcare Department»Materials and methods. A prospective, single‑center study included 171 patients who received therapy with PD‑1/PD‑L1 inhibitors (pembrolizumab, nivolumab, prolgolimab, atezolizumab, avelumab) during the period 2023–2025 at Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital, Moscow. The study focused on immune-related dermatologic adverse events (irDAEs) associated with anticancer immunotherapy in oncology patients, with an emphasis on identifying their clinical characteristics. The classification of irDAEs was based on clinical presentation and dermatoscopic findings. Data collection was performed using MS Excel 2019, and statistical analysis was carried out using StatTech v.4.8.11.Results. The study included 171 patients (57.3% male, mean age 67.2 years). The most common primary malignancies were skin and soft tissue cancers (35.1%) and genitourinary cancers (32.2%). A wide spectrum of immune‑related dermatologic adverse events was identified during therapy. The most frequently observed events were maculopapular rash (31%), isolated pruritus (20.5%), and psoriasiform eruptions (17%). Less commonly, exacerbation of pre‑existing psoriasis (12.9%), lichenoid eruptions (9.9%), vitiligo (4.1%), and bullous pemphigoid (4.1%) were recorded. The rarest manifestations included erythema nodosum (2.3%) and scleroderma‑like reactions (2.3%).Conclusion. Immune‑related dermatologic adverse events during PD‑1/PD‑L1 inhibitor therapy range from early manifestations, such as maculopapular rash and pruritus, to rare but severe conditions, including bullous pemphigoid and scleroderma‑like reactions. Timely diagnosis and appropriate management are essential to maintain patients’ quality of life and ensure the continuity of anticancer immunotherapy.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.