Наталья Александровна Лапкина, к. м. н., доцент
кафедра поликлинической терапии, клинической лабораторной диагностики и медицинской биохимии
Ярославль
Natalia A. Lapkina, PhD Med, associate professor
Dept Polyclinic Therapy, Clinical Laboratory Diagnostics and Medical Biochemistry
Yaroslavl
Андрей Анатольевич Баранов, д. м. н., проф., зав. кафедрой
кафедра поликлинической терапии, клинической лабораторной диагностики и медицинской биохимии
Ярославль
Andrey A. Baranov, DM Sci (habil.), professor, head at Dept
Dept Polyclinic Therapy, Clinical Laboratory Diagnostics and Medical Biochemistry
Yaroslavl
Инесса Михайловна Воронцова, к. м. н., доцент
кафедра поликлинической терапии, клинической лабораторной диагностики и медицинской биохимии
Ярославль
Inessa M. Vorontsova, PhD Med, associate professor
Dept Polyclinic Therapy, Clinical Laboratory Diagnostics and Medical Biochemistry
Yaroslavl
Кирилл Михайлович Коновалов, аспирант
кафедра поликлинической терапии, клинической лабораторной диагностики и медицинской биохимии
Ярославль
Kirill M. Konovalov, Postgraduate student
Dept Polyclinic Therapy, Clinical Laboratory Diagnostics and Medical Biochemistry
Yaroslavl
Петр Александрович Чижов, д. м. н., проф., зав. кафедрой
кафедра факультетской терапии
Ярославль
Petr A. Chizhov, DM Sci (habil.), professor, head at Department
Department of Faculty Therapy
Yaroslavl
Олег Владимирович Лебедев, к. м. н., зав. кафедрой, заместитель главного врача по медицинской части
базовая кафедра в г. Кострома
Ярославль; Кострома
Oleg V. Lebedev, PhD Med, head at Dept, Deputy Chief Physician for Medical Part
Base Dept in Kostroma
Yaroslavl; Kostroma
Татьяна Алексеевна Буйдина, к. м. н., доцент
кафедра поликлинической терапии, клинической лабораторной диагностики и медицинской биохимии
Ярославль
Tatyana A. Buydina, PhD Med, associate professor
Dept Polyclinic Therapy, Clinical Laboratory Diagnostics and Medical Biochemistry
Yaroslavl
В патогенезе ревматоидного артрита (РА) важную роль играет дисбаланс продукции про- и антивоспалительных цитокинов.
Цель исследования. Определение у больных РА в развернутой стадии заболевания концентрации и частоты повышения в сыворотке крови про- и антивоспалительных цитокинов, оценка взаимосвязи между ними, клинико-лабораторной активностью заболевания и аутоантителами.
Материалы и методы. Обследовано 154 больных РА (41 мужчина и 113 женщин) среднего возраста (56,0 [50,0; 64,0] лет), длительностью заболевания (9,4 [3,0; 13,0] года), серопозитивных 129 (83,8 %) по IgM ревматоидному фактору (РФ) и/или 106 (68,8 %) антителам к циклическим цитруллинированным пептидам (АЦЦП) с умеренной или высокой (DAS 28-СОЭ – 5,40 [4,65; 6,00]) активностью заболевания. Определяли в сыворотке крови концентрацию интерлейкинов (ИЛ), фактора некроза опухоли α (ФНО-α), интерферона-γ (ИНФ-γ) и растворимого CD 40 лиганда (sCD 40L) мультиплексной технологией.
Результаты. У больных РА концентрация ИЛ-6, ИЛ-23, ИЛ-31, ИЛ-33 и ИНФ-γ была достоверно выше, а значения ФНО-α – значимо ниже, чем в контроле. Уровни ИЛ-1β, ИЛ-17A, ИЛ-17F, ИЛ-25 и sCD 40L не отличались от доноров. Значения ИЛ-10 были достоверно выше, чем у доноров, а ИЛ-4 не имели различий с контролем. При РА частота повышения ИЛ-33 составила 87,0 %, ИЛ-6 – 51,6 %, ИЛ-31 – 48,1 %, ИЛ-17F – 46,1 %, ИЛ-23 – 42,9 % и ИНФ-γ – 39,0 %, ИЛ-17A – 29,9 %, ИЛ-1β – 26,6 %, ФНО-α – 23,4 %, ИЛ-25 – 11,7 % и sCD 40L 3,2 % больных. Гиперпродукция ИЛ-33 достоверно преобладала над другими цитокинами (p < 0,001). Повышенные значения ИЛ-10 выявлены у 16,2 %, а ИЛ-4 – у 12,3 % больных. Гиперпродукция провоспалительных цитокинов, кроме ИЛ-25 и sCD 40L, достоверно превалировала над ИЛ-4 и ИЛ-10. Выявлены корреляции провоспалительных цитокинов между собой и с ИЛ-4 и ИЛ-10. Высокие значения ИЛ-33 ассоциировались только с ИЛ-31. Концентрации ИЛ-4 и ИЛ-10 достоверно коррелировали между собой. Установлены связи концентрации ИЛ-6 с DAS 28-СОЭ, CDAI и SDAI; ИЛ-25 и sCD 40L – с CDAI и SDAI; ИЛ-17A и ИЛ-33 – с SDAI; ИЛ-4 и ИЛ-10 – с CDAI и SDAI; ИЛ-31 и ИЛ-33 – с СРБ; ФНО-α и ИНФ-γ – с СОЭ; ИЛ-17A – и IgM РФ и АЦЦП; ИЛ-31 и ИНФ-γ – с IgM РФ. ИЛ-4 и ИЛ-10 положительно коррелировали с IgM РФ, а ИЛ-4 – отрицательно с АЦЦП.
Выводы. У больных РА в развернутую стадию заболевания наблюдается дисбаланс продукции про- и антивоспалительных цитокинов с преобладанием выработки ИЛ-33. Несмотря на наличие тесных взаимосвязей между цитокинами, имеют место существенные различия между ними в ассоциациях с клиническими индексами, лабораторными показателями активности болезни и аутоантителами.
Imbalance in the production of pro- and anti-inflammatory cytokines plays an important role in the pathogenesis of rheumatoid arthritis (RA).
The aim of the study. To determine the concentration and frequency of increase in serum of pro- and anti-inflammatory cytokines in patients with RA in the advanced stage of the disease, assessment of the relationship between them, clinical and laboratory activity of the disease and autoantibodies.
Materials and methods. We examined 154 RA patients (41 men and 113) women, of average age (56.0 [50.0; 64.0] years), disease duration (9.4 [3.0; 13.0] years), seropositive 129 (83.8 %) for IgM rheumatoid factor (RF) and/or 106 (68.8 %) antibodies to cyclic citrullinated peptides (ACCP) with moderate to high (DAS 28-ESR – 5.40 [4.65; 6.00]) disease activity. The concentration of interleukin (IL), tumor necrosis factor α (TNF-α), interferon-γ (INF-γ), soluble CD 40 ligand (sCD 40L) in serum was determined by multiplex technology.
Results. In RA patients, the concentration of IL-6, IL-23, IL-31, IL-33 and INF-γ was significantly higher, and TNF-α values were significantly lower than in controls. The levels of IL-1β, IL-17A, IL-17F, IL-25 and sCD 40L were not different from donors. IL-10 values were significantly higher than donors, and IL-4 values were not different from controls. In RA, the frequency of IL-33 elevation was 87.0 %, IL-6 51.6 %, IL-31 48.1 %, IL-17F 46.1 %, IL-23 42.9 % and INF-γ 39.0 %, IL-17A 29.9 %, IL-1β 26.6 %, TNF-α 23.4 %, IL-25 11.7 % and sCD 40L 3.2 % of patients. IL-33 hyperproduction was significantly predominant over other cytokines (p < 0.001). Elevated values of IL-10 were found in 16.2 % and IL-4 in 12.3 % of patients. Hyperproduction of proinflammatory cytokines, except IL-25 and sCD 40L, significantly prevailed over IL-4 and IL-10. Correlations of proinflammatory cytokines among themselves and with IL-4 and IL-10 were found. High values of IL-33 were associated only with IL-31. IL-4 and IL-10 concentrations were significantly correlated with each other. IL-6 concentration was found to be associated with DAS 28-ESR, CDAI and SDAI; IL-25 and sCD 40L were associated with CDAI and SDAI; IL-17A and IL-33 were associated with SDAI; IL-4 and IL-10, with CDAI and SDAI; IL-31 and IL-33, with CRP; TNF-α and INF-γ, with CRP; IL-17A, and IgM RF and ACCP; IL-31 and INF-γ, with IgM RF. IL-4 and IL10 were positively correlated with IgM RF, and IL-4 was negatively correlated with ADCP.
Conclusions. In RA patients in the advanced stage of the disease, there is an imbalance between pro- and anti-inflammatory cytokines, with a predominance of IL-33 production. Despite the presence of interrelationships between cytokines, there are significant differences between them in associations with clinical indices, laboratory indicators of disease activity and autoantibodies.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.