Владимирова Ирина Сергеевна, к. м. н., врач-дерматовенеролог; ассистент кафедры инфекционных болезней, эпидемиологии и дерматовенерологии; старший преподаватель кафедры кожных и венерических болезней
Санкт-Петербург
Vladimirova Irina S., PhD Med, dermatovenerologist; assistant at Dept of Infectious Diseases, Epidemiology and Dermatovenereology; senior lecturer at Dept of Skin and Venereal Diseases
Saint Petersburg
Круглова Лариса Сергеевна, д. м. н., проф., проректор по учебной работе, зав. кафедрой дерматовенерологии и косметологии
Москва
Kruglova Larisa S., DM Sci (habil.), professor, vice-rector for academic affairs, head of Dept of Dermatovenereology and Cosmetology
Moscow
Свиридов Олег Валерьевич, врач-дерматовенеролог
Санкт-Петербург
Sviridov Oleg V., dermatovenerologist
Saint Petersburg
Самушия Марина Антиповна, д. м. н., проф., проректор по научной работе, зав. кафедрой психиатрии
Москва
Samushiya Marina A., DM Sci (habil.), professor, vice-rector for scientific research, head of Dept of Psychiatry
Moscow
Псориаз – хроническое иммуноопосредованное системное заболевание, которое тесно связано с коморбидной депрессией и тревожными расстройствами. Сегодня новое направление терапии представлено биологической терапией. Одним из эффективных и безопасных препаратов является ингибитор ИЛ‑23 гуселькумаб.
Цель исследования. Изучение эффективности терапии ингибитором интерлейкина‑23 (гуселькумабом) и динамики показателей симптомов тревожности и депрессии у пациентов со среднетяжелым и тяжелым псориазом.
Материал и методы. Проведено ретроспективное исследование 25 пациентов с диагнозом «распространенный вульгарный псориаз». Исходные показатели оценивали по индексам PASI, BSA, sPGA, DLQI, ВАШ (шкала зуда). Показатели тревожности и депрессии оценивали по шкалам HADS и GAD‑7. Все пациенты получали лечение гуселькумабом по стандартной схеме. Оценку эффективности терапии осуществляли по динамике показателей PASI, BSA, sPGA, DLQI, ВАШ, HADS, GAD‑7 через 12 недель терапии ингибитором интерлейкина‑23 (гуселькумабом).
Результаты. Биологическая терапия гуселькумабом привела к значительному снижению всех показателей через 12 недель для каждого пациента (р < 0,0001). Только улучшение PASI значимо коррелировало с более низкими показателями депрессии и тревоги (p < 0,0050), тогда как снижение DLQI не коррелировало (p > 0,9550). Заключение: биологическая терапия ингибитором интерлейкина‑23 гуселькумабом высокоэффективна как для снижения тяжести заболевания, так и облегчения симптомов депрессии и тревоги при псориазе.
Psoriasis is a chronic immune-mediated systemic disease that is closely associated with comorbid depression and anxiety disorders. Today, a new direction of therapy is represented by biological therapy. One of the effective and safe drugs is the IL‑23 inhibitor guselkumab.
Purpose of the study. To study the effectiveness of therapy with the interleukin‑23 inhibitor (guselkumab) and the dynamics of indicators of symptoms of anxiety and depression in patients with moderate and severe psoriasis.
Material and methods. A retrospective study of 25 patients diagnosed with widespread vulgar psoriasis was conducted. Initial indicators were assessed using the PASI, BSA, sPGA, DLQI, and VAS (itching scale) indices. Anxiety and depression scores were assessed using the HADS and GAD‑7 scales. All patients received treatment with guselkumab according to the standard regimen. The effectiveness of therapy was assessed by the dynamics of PASI, BSA, sPGA, DLQI, VAS, HADS, GAD‑7 indicators after 12 weeks of therapy with the interleukin‑23 inhibitor (guselkumab).
Results. Biological therapy with guselkumab resulted in significant reductions in all parameters at 12 weeks for each patient (p < 0.0001). Only improvement in PASI was significantly correlated with lower depression and anxiety scores (p < 0.0050), whereas decrease in DLQI was not (p > 0.9550).
Conclusions. Biological therapy with the interleukin‑23 inhibitor guselkumab is highly effective in both reducing disease severity and alleviating symptoms of depression and anxiety in psoriasis.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.